Право ребенка на образование

Право ребенка на образование

Право ребенка на образование непосредственно связано с правом на охрану здоровья как самого ребенка, так и остальных детей, посещающих то же общеобразовательное учреждение.

А. обратилась в суд с иском к лицею об отмене приказов об отстранении учащегося лицея И. от учебных занятий, об утверждении графика дистанционного обучения И., об обязании допустить ребенка в общеобразовательное учреждение.

В обоснование иска указала, что по причине ее (А.) отказа от проведения сыну туберкулинодиагностики фельдшером учреждения выдано направление на консультативный прием врача-фтизиатра. 11 апреля 2019 года врач-фтизиатр выдал справку об отсутствии у несовершеннолетнего заболевания туберкулезом, однако с 15 апреля 2019 года сын не допущен в образовательное учреждение, переведен на дистанционное обучение. Поскольку детская туберкулинодиагностика носит добровольный характер, отказ от данного обследования не является основанием не допускать ребенка к образовательному процессу.

Решением суда первой инстанции иск удовлетворен.

По апелляционной жалобе ответчика судебная коллегия по гражданским делам отменила решение суда первой инстанции, указав следующее.

Конституцией Российской Федерации установлено право каждого гражданина на охрану здоровья, на благоприятную окружающую среду. Одним из основных условий реализации названных конституционных прав является санитарно-эпидемиологическое благополучие населения. Отношения в указанной сфере регулируются Федеральным законом от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», в силу п. 1 ст. 29 которого в целях предупреждения возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) должны своевременно и в полном объеме проводиться предусмотренные санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия.

В соответствии со ст. ст. 29 и 39 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» требования к комплексу организационных, лечебно-профилактических, санитарно-противоэпидемических (профилактических), дезинфекционных мероприятий установлены, в частности, Санитарно-эпидемиологическими правилами СП 3.1.2.3114-13 «Профилактика туберкулеза», утвержденными Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 22 октября 2013 года № 60 (далее – Правила).

Согласно названным Правилам, соблюдение которых обязательно для физических и юридических лиц (п. 1.3), дети, туберкулинодиагностика которым не проводилась, допускаются в детскую организацию при наличии заключения врача-фтизиатра об отсутствии заболевания (абз. 2 п. 5.7). Аналогичные требования о допуске к работе (учебе) при наличии заключения определены для подростков (п. 6.8).

Такие требования о допуске к очному учебному процессу без туберкулинодиагностики не противоречат ст. 7 Федерального закона от 18 июня 2001 года № 77-ФЗ «О предупреждении распространения туберкулеза в Российской Федерации», ст. 20 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», не ограничивают предусмотренных Федеральным законом от 29 декабря 2012 года № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» прав на образование. Аналогичные выводы изложены в Решении Верховного Суда Российской Федерации от 17 февраля 2015 года № АКПИ14-1454 «Об отказе в удовлетворении заявления о признании недействующими п. 1.3 и абз.2
п. 5.7 Санитарно-эпидемиологических правил СП 3.1.2.3114-13 «Профилактика туберкулеза», утвержденных Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 22 октября 2013 года № 60».

В данном деле представленная истцом справка содержит заключение об отсутствии данных о наличии легочного туберкулеза. Для выдачи заключения по другой возможной локализации заболевания – внелегочной врачом-фтизиатром рекомендовано проведение дополнительного к рентгенографии грудной клетки обследования ребенка. Следовательно, истец, реализовав свое право на отказ от проведения туберкулинодиагностики, не представила требуемого заключения врача-фтизиатра об отсутствии заболевания туберкулезом у ребенка.

Ссылка истца на то, что ребенок прошел медицинский осмотр в военкомате, не исключает вышеуказанные рекомендации врача-фтизиатра, поскольку прохождение военной службы не предполагает, в отличие от пребывания в общеобразовательном учреждении, постоянного контакта с детьми.

Вывод суда первой инстанции о том, что подросткам с 15 до 17 лет проводится либо туберкулинодиагностика, либо периодический (флюорографический) осмотр, противоречит названным Правилам. Правилами предусмотрено, что туберкулинодиагностика проводится детям с 12-месячного возраста и до достижения возраста 18 лет (п. 5.1); в целях раннего выявления туберкулеза у подростков проводятся плановая ежегодная туберкулинодиагностика, периодические (флюорографические) осмотры
(п. 6.1); пробу Манту проводят 1 раз в год всем лицам в возрасте от 15 до 18 лет, независимо от результата предыдущих проб (п. 6.2); подросткам, посещающим образовательные организации, в том числе школы, гимназии и лицеи, туберкулинодиагностика проводится медицинскими работниками
(п. 6.5).

Согласно письму Министерства здравоохранения Российской Федерации от 08 апреля 2019 года № 15-2/927-07, Порядку и срокам проведения профилактических медицинских осмотров граждан в целях выявления туберкулеза, утвержденным Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 21 марта 2017 года № 124н, для массового обследования детского населения в возрасте до 17 лет на туберкулезную инфекцию предлагается использовать кожные пробы с аллергеном туберкулезным очищенным или рекомбинантным. В случае отказа от проведения тестов с аллергенами туберкулезными тактика обследования определяется врачом-фтизиатром индивидуально в каждом конкретном случае, в том числе на основе федеральных клинических рекомендаций по применению альтернативного теста для выявления туберкулеза - диагностического теста T-SPOT.TB, который может быть проведен в случае отказа родителей от туберкулинодиагностики.

Названный диагностический тест не является вариантом внутрикожных иммунологических проб (проба Манту и Диаскинтест), от проведения которых категорически отказывается истец, а представляет собой платное исследование крови. Подобный альтернативный метод обследования на туберкулезную инфекцию, который также не является единственным коммерческим тестом in vitro, может использоваться при дообследовании ребенка. Соответствующий алгоритм ведения детей, поступающих (посещающих) в образовательные учреждения, в случае отказа от иммунодиагностики предусмотрен клиническими рекомендациями (утвержденными письмом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 07 апреля 2017 года № 15-2/10/2-2343), на которые ссылаются обе стороны спора.

Оспариваемые истцом приказы о переводе ребенка, в отношении которого не имеется заключения врача-фтизиатра об отсутствии заболевания туберкулезом, на дистанционную форму обучения являются законными.

Оснований для удовлетворения исковых требований у суда первой инстанции не имелось.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам

Свердловского областного суда от 04 декабря 2019 года по делу № 33-20809/2019

Бюллетень судебной практики по гражданским делам Свердловского областного суда за 4 квартал 2019 года


Звонок
Оставьте заявку на
бесплатную консультацию
юриста по телефону

Данный сайт носит исключительно информационный характер, вся информация носит ознакомительный характер и не является публичной офертой, определяемой положениями статьи 437 Гражданского кодекса РФ.
Консультанты сайта вправе отказать в консультировании без объяснения причины.
Представленная на сайте информация может утратить актуальность в связи с изменением законодательства.

Политика конфиденциальности и Согласие на обработку персональных данных

юридическая-консультация-екатеринбург.рф 2014-2019